FXPulse Analytics

В один день Госкомстат выпустил две новости. Первая — про торговлю с другими странами, и она звучит тревожно: страна потратила на импорт намного больше, чем заработала на экспорте. Вторая — про торговлю внутри страны, и она наоборот радостная: люди стали покупать заметно больше.

Обычно эти две новости читают отдельно. Но если посмотреть на них вместе, становится понятно: это не две разные истории, а одна. И она куда спокойнее, чем пугающий заголовок про дефицит.

Сначала — тревожная новость

За полгода разница между тем, что страна ввезла из-за границы, и тем, что вывезла, составила $9,29 млрд не в нашу пользу. Год назад эта разница была втрое меньше — $3,38 млрд.

Импорт вырос на 21%. Экспорт формально снизился — но тут есть подвох. Дело в золоте: государство в этом году не продаёт его за границу, а откладывает в резервы. Если золото из расчёта убрать, экспорт наоборот вырос почти на 29%. То есть страна экспортирует нормально — просто временно придержала главный товар.

Но факт остаётся: ввезли мы намного больше, чем продали. На первый взгляд — плохо. Давайте разберёмся, так ли это.

Что именно страна покупает за границей

Вот тут и кроется главное. Треть всего импорта — это станки, оборудование, техника и машины. Ещё большая часть — промышленные товары. Это не телефоны и не одежда для потребителей. Это то, на чём заводы производят продукцию.

Проще говоря: страна закупает не то, что можно съесть или износить за год, а то, что само будет годами что-то производить. Оборудование связи выросло почти вдвое, электрические машины — почти в полтора раза. Это вложения в будущее, а не трата ради траты.

Разница принципиальная. Одно дело — влезть в долги ради покупки красивых вещей. Совсем другое — взять кредит и купить станок, который потом будет приносить деньги. Второе — это то, что делает любой растущий бизнес.

Теперь — радостная новость

Второй отчёт — про торговлю внутри страны. И цифры там говорящие. Розничные магазины продали товаров на 20% больше, чем год назад — и это уже с поправкой на подорожание. То есть люди реально покупают больше вещей, а не просто платят больше из-за роста цен. Кафе и рестораны выросли на 12%, оптовая торговля — на 16%.

Двадцать процентов реального роста — это очень много. Это признак того, что у людей есть деньги и желание их тратить, а экономика внутри страны на подъёме.

Как это всё связано

А теперь соединим две новости. С одной стороны — страна закупает оборудование. С другой — люди активно покупают товары внутри страны.

Это две стороны одного процесса. Бизнес вкладывается в производство (отсюда закупки оборудования и тот самый «страшный» дефицит), а люди в это же время активно тратят (отсюда рост магазинов). Импорт здесь — не признак того, что страна живёт не по средствам. Это топливо для роста экономики.

Получается, дефицит в $9 млрд, за которым стоят станки и растущее внутреннее производство — это нормальный дефицит страны, которая быстро развивается. Это совсем не то же самое, что тратить деньги впустую или в долг ради потребления.

Тихая революция: услуги

Ещё один важный момент, который стоит заметить. Раньше Узбекистан зарабатывал за границей в основном на сырье — золото, газ, хлопок. Теперь картина меняется.

Услуги — прежде всего туризм — принесли стране $6,2 млрд, это уже почти 40% всех денег, которые страна зарабатывает за рубежом. Один только туризм дал $3,28 млрд, прибавив за год больше трети. Иностранцы приезжают, тратят деньги в гостиницах, ресторанах, на транспорте — и эти деньги напрямую идут в экономику.

Для страны, которая десять лет назад жила почти только на сырье, это большая перемена. Экономика становится разнообразнее, а значит — устойчивее.

Гонконг: снова рекорд

Мы уже дважды писали про необычный рост торговли с Гонконгом. Новые данные окончательно показывают: это не случайность.

Торговля с Гонконгом за полгода выросла в восемь раз — с $72 млн до почти $595 млн. Гонконг обошёл в списке партнёров даже Германию и Индию.

За этим стоит вполне конкретное: узбекские банки и компании готовят выход на Гонконгскую биржу, развивается сотрудничество в ювелирной отрасли (логично — у нас золото, а Гонконг мировой центр торговли украшениями), приходят инвестиции. Гонконг становится для Узбекистана «денежным мостом» в Азию, и торговая статистика замечает это раньше всех.

А где же настоящий риск

Если дефицит нормальный, значит ли, что беспокоиться не о чем? Нет, поводы есть — просто не там, где обычно ищут.

Первое — вложения должны окупиться. Закупка оборудования оправдана только если оно реально начнёт производить продукцию и приносить доход. Если часть денег уйдёт в неудачные проекты, дефицит из полезного станет вредным. Проверить это можно будет через два-три года.

Второе — чем закрывается разрыв. Пока разницу между импортом и экспортом покрывают в основном переводы от трудовых мигрантов (около $8 млрд за полгода), инвестиции и резервы страны. Но все три источника зависят от внешних условий — от экономики России, от мировых цен на золото, от настроений инвесторов. Если сразу несколько источников ослабнут, закрывать дефицит станет труднее.

Третье — еда. Импорт продовольствия вырос на 44% — зерно, мясо, сахар. Для страны с сильным сельским хозяйством растущая зависимость от привозной еды — отдельный тревожный сигнал, который стоит держать в поле зрения.

Что в итоге

Дефицит в $9 млрд пугает только если смотреть на него в отрыве от всего остального. А рядом с растущими на 20% магазинами, закупками оборудования и бумом туризма он выглядит иначе: это экономика, которая вкладывается в будущее и одновременно наращивает внутреннее потребление.

Это не значит, что всё идеально. Хороший дефицит остаётся хорошим только пока вложения окупаются, а деньги на его покрытие поступают стабильно. Но пугаться одной лишь цифры — значит прочитать только половину истории. Вторая половина — в отчёте о внутренней торговле, и она говорит простую вещь: деньги работают.

Источники: Национальный комитет Республики Узбекистан по статистике — «Внешнеторговый оборот» и «Оборот розничной и оптовой торговли», январь–июнь 2026, публикация 28.07.2026