FXPulse Analytics

Обзор финансовой стабильности Центрального банка Узбекистана за 2025 год

Центральный банк опубликовал Обзор финансовой стабильности. Это не пресс-релиз на одну страницу, а полноценный аналитический документ — с моделями, стресс-тестами и десятками графиков. И он заслуживает внимательного чтения, потому что регулятор здесь говорит о рисках честнее, чем в обычных публикациях.

Общий вывод документа звучит уверенно: финансовый стресс в банковской системе упал до исторического минимума, прибыльность выросла, капитал достаточен, доля проблемных кредитов снизилась до 3%. Всё это правда. Но за фасадом «рекордной устойчивости» есть три вещи, которые ЦБ прописал явно — просто не вынес в заголовок.

Первое: валютный риск — единственный индикатор, который ухудшился

У ЦБ есть «карта ранних предупреждений» — таблица из нескольких десятков индикаторов, где зелёный цвет означает низкую уязвимость, красный — высокую. В обзоре за 2025 год почти вся карта позеленела. Кроме одного места.

Регулятор прямо пишет: чувствительность банковской системы к валютному риску выросла. Причина — рост длинной валютной позиции. Проще говоря, у банков стало больше валютных активов, чем валютных обязательств, и разрыв между ними увеличился до 4 трлн сум к концу года.

Почему это важно? Длинная валютная позиция означает, что банки выигрывают при ослаблении сума, но теряют при его укреплении. В условиях управляемого курса это не критично сегодня. Но это структурная уязвимость, которая делает систему чувствительной к резким движениям курса — а мы уже видели в данных ЦБ, что волатильность курса за год выросла почти вдвое.

Отдельно ЦБ отмечает: валютные депозиты выросли на 21% за год — намного быстрее валютных кредитов (плюс 11%). Люди и компании держат больше долларов на счетах. И здесь начинается самое интересное.

Второе: ЦБ сам объяснил, зачем ввёл лимиты на вывод капитала

В июне ЦБ принял решение ограничить вывод капитала резидентами за рубеж — мы разбирали его отдельно. Тогда причины можно было только предполагать. Теперь регулятор объясняет логику прямым текстом в обзоре стабильности.

Формулировка ЦБ по сути такая: рост валютных депозитов в условиях, когда у резидентов есть свобода свободно инвестировать за рубеж, повышает риск ликвидности банков — потому что вкладчики могут в любой момент направить свои средства во внешние активы.

Переведём на простой язык. У банков накопилось много валюты на депозитах. Если эту валюту массово начнут выводить за границу, у банков возникнет проблема с ликвидностью — им нечем будет отвечать по обязательствам. Июньские лимиты на вывод капитала — это не абстрактная политика, а прямой ответ на риск, который ЦБ увидел в собственной статистике. Обзор стабильности фактически стал обоснованием того июньского решения.

Третье: стресс-тест показал уязвимость, о которой стоит знать

Самая техническая, но самая важная часть документа — макро стресс-тест банковской системы. ЦБ моделирует, что произойдёт с банками при негативном сценарии: геополитическое обострение, рост цен на сырьё, замедление роста, повышение глобальных ставок.

Результат: при этом сценарии базовый капитал первого уровня банковской системы может упасть до 5,6% к концу 2028 года, а совокупный регулятивный капитал — до 6,8%. Первая цифра — ниже минимального норматива.

Здесь важно понимать контекст. Стресс-тест — это не прогноз, а проверка на прочность в заведомо плохом сценарии. Сегодня капитал банков высокий (18,3% совокупный), запас прочности большой. Но тест показывает, где находится дно при неблагоприятном развитии событий — и то, что при жёстком сценарии система пробивает минимальный норматив по базовому капиталу, стоит держать в голове. ЦБ честно это прописал, не спрятал.

Хорошая новость в том же тесте: ликвидность выдерживает даже негативный сценарий — чистый денежный поток остаётся положительным. То есть проблема при стрессе будет с капиталом, а не с ликвидностью.

Что ещё стоит отметить

Микрозаймы — единственная ухудшающаяся зона кредитования. На фоне общего улучшения качества кредитов микрозаймы идут против тренда: средний показатель долговой нагрузки (DSTI) по ним вырос с 37% до 40%, качество проблемных микрозаймов ухудшилось. ЦБ прямо называет причину — микрозаймы выдаются без чёткой цели и без залога, что провоцирует быстрый рост числа заёмщиков и повышенную долговую нагрузку.

Растёт закредитованность населения. 53% людей, взявших кредит в банке, имеют одновременно несколько долговых обязательств — в банках и небанковских организациях. Обслуживать несколько кредитов сразу — это нагрузка, которая ослабляет платёжеспособность заёмщика. Доля таких людей выросла на 10 процентных пунктов за год.

Ипотека и автокредиты, наоборот, оздоровились. Введение прямых ограничений на соотношение кредита к залогу (LTV) дало результат: долговая нагрузка по ипотеке упала с 71% до 49%, по автокредитам — с 60% до 37%. Здесь макропруденциальная политика сработала чётко.

Рынок недвижимости вернулся к норме. Цены на жильё вернулись в диапазон фундаментальных значений. И что особенно показательно — ЦБ отмечает, что инвесторы переходят от ставки на рост цен к ставке на стабильный арендный доход. Это признак взросления рынка: спекулятивная фаза сменяется рациональной.

Что в итоге

Банковская система Узбекистана действительно в хорошей форме — это не пропаганда, это подтверждается моделями и цифрами. Финансовый стресс на минимуме, прибыльность высокая, ликвидность крепкая.

Но зрелость аналитики ЦБ как раз в том, что регулятор не прячет уязвимости за общим позитивом. Валютный риск растёт. Стресс-тест показывает дно ниже норматива. Микрозаймы и закредитованность требуют внимания. И самое главное — ЦБ прямо связал эти риски со своими недавними решениями по капитал-контролю, показав, что политика реагирует на реальные данные, а не на абстрактные опасения.

Для рынка вывод простой: устойчивость системы реальна, но она не бесплатна — она поддерживается активным управлением рисками, включая ограничения, которые прямо влияют на движение капитала и валюты. И следить стоит именно за этим управлением, а не только за красивыми итоговыми цифрами.

Источник: Центральный банк Республики Узбекистан, «Обзор финансовой стабильности за 2025 год», июль 2026